Из дневника рыболова

Чайки над моремЧайки над морем

Кружатся чайки над морем. Неторопливы взмахи их крыльев, острый взгляд птиц устремлен на водную гладь. Вот одна белокрылая затормозила на миг полет и, словно подбитая, стрелой пошла вниз.

Карась на лопухКарась на лопух

На Альминский затон, куда позвал меня Иван Крига, комбайнер и страстный рыболов, я шел с неохотой. Затон, по моим соображениям, место для рыбалки вовсе неподходящее.

Клева не будетКлева не будет

Начало декабря. Утро. Берут окуни часто, дерзко. К полудню похолодало, и поклевки стали такие, словно окунь хвостом шевелит мормышку.

«Бутерброд»«Бутерброд»

Клюют караси, но плохо, а ходит их много. Надеваю мотыля – берите, капризники. Насаживаю хлеб – берите, неженки. Вот вам еще опарыш – берите.

Налимьи ночиНалимьи ночи

Серп луны редко показывается из-за туч. Выглянет на минутку и тут же исчезнет. Дескать, нечего и некому освещать. На земле, мол, непогода, все сидят по домам.

ЗавидуйтеЗавидуйте

Судак – наша мечта. Взгляните на пойманный экземпляр и определите его вес... Ошибетесь. Приуменьшите! Судак веский, плотный, как бы спрессованный.

Узелок на памятьУзелок на память

У меня почему-то дело не клеится. В сотне шагов – другой рыболов. Вижу, у него получается. Я работаю только удилищем, а у него и подсачок в ходу. Выводит он рыбин с глубины и отправляет их в садок.

Голенастый рыболовГоленастый рыболов

Рыбацкое счастье изменчиво. Вечером брали окуни, плотва, сазанчики, подлещики, а теперь пусто. В это время неподалеку на прибрежную отмель протоки опустилась цапля.

Под травянистым тентомПод травянистым тентом

Без особой надежды закинул снасть в омуток, но поплавок тут же стал погружаться под траву. Я схватился за удилище. Первой добычей оказался язь.